Судьба автопортрета Бенвенуто Челлини в руках Насобина?
![Судьба автопортрета Бенвенуто Челлини в руках Насобина?](/upload/news/2024/07/13/40259.jpg?00000000000000)
Автопортрет великого Бенвенуто Челлини - шедевр. Но запомнится ли он своей художественной красотой или бесконечными исками и обвинениями, которые преследуют владельца этого шедевра, скандально известного российского предпринимателя в сфере косметики, из-за которого драгоценное произведение искусства постоянно попадает в юридические неприятности. Это — Олег Насобин.
Путь к признанию этого старинного портрета подлинным произведением искусства, созданным самим Челлини, был долгим и трудным. И вот, когда этот шедевр уже должен был войти в список самых выдающихся произведений мирового искусства, его владелец, Олег Насобин, сумел вызвать очередную полемику с теми самыми людьми, которые вывели автопортрет Челлини на первый план.
В этой статье проф. Михаил Тамойкин, доктор философии, вице-президент Художественного фонда Тамойкина, впервые рассказывает о своей истории взаимоотношений с г-ном Насобиным во время их совместного предприятия по продвижению и продаже впечатляющего автопортрета Бенвенуто Челлини. Чтобы понять природу деловых отношений между этими двумя людьми, необходимо обратиться к началу. Вот проф. Тамойкин своими словами:
Tamoikin Art Fund (TAF) — один из крупнейших и быстрорастущих частных арт-фондов в мире, имеющий репутацию компании, осуществляющей экстраординарные проекты и открывающей раритеты мирового класса. Мы вошли в список Forbes 400, Всемирный совет по золоту выбрал наше древнее парфяно-сарматское ожерелье одним из «30 золотых сокровищ, найденных за 30 лет», а в 2007 году семья Тамойкиных, которой принадлежит TAF, продала Соловецкий иконостас XVI века за 5 миллионов долларов, установив мировой рекорд и вернув эту знаменитую христианскую икону на исторические земли. Именно благодаря этой репутации к нам обратился представитель господина Насобина с просьбой оценить, а затем и прорекламировать автопортрет Бенвенуто Челлини.
Что не так?
Несомненно, одним из самых важных аспектов при работе с появляющимся произведением искусства высокого класса, претендующим на звание шедевра мирового уровня, является владелец. Владелец, его происхождение, статус и характер могут быть не менее важны, чем сам предмет, особенно на начальных этапах общественного признания. Естественно, ответственные владельцы, дорожащие не только своей репутацией, но и репутацией находящегося у них произведения искусства, стараются избегать скандалов и конфликтов, поскольку такое восприятие может заклеймить их как проблемных. К несчастью для единственного известного автопортрета Челлини, именно таким владельцем и стал господин Насобин — проблемным владельцем, вызывающим конфликты и споры.
Как говорит проф. Тамойкин:
В мире искусства плохая репутация вокруг предмета — это как аура неудачника. Неважно, насколько высококлассным является ваше произведение искусства, но как только просочится информация о том, что вы или ваш раритет являются проблемными, партнеры, инвесторы и, прежде всего, покупатели не будут иметь с вами ничего общего. Произведение искусства становится неприкосновенным, поскольку никто не хочет портить свой имидж, просто ассоциируясь с таким неоднозначным предметом или человеком. Мы — одна из немногих организаций, способных разрушить эту ауру и восстановить репутацию объекта, если, конечно, владелец достаточно мудр, чтобы позволить нам помочь ему, проявить терпение и не вмешиваться. Именно так и произошло, когда мы взялись за продажу всемирно известного Соловецкого иконостаса. До нашего участия он находился в черном списке Министерства культуры РФ, которое пыталось уничтожить репутацию этой святыни, публично обвиняя ее в подделке. Мы не только разоблачили высокопоставленных министров во лжи и коррупции, но и демонстративно продали Соловецкий иконостас за 5 миллионов долларов, установив при этом мировой рекорд, и с триумфом вернули его в Россию. Теперь, когда речь идет об автопортрете Бенвенуто Челлини, мы, к сожалению, не можем претендовать на такой триумф из-за проблемного поведения его владельца.
Действительно, прошлое Олега Насобина, по данным из открытых и частных источников, полно сомнительных поступков и открытых конфликтов с различными бизнесменами, чиновниками, искусствоведами и журналистами. Одним из таких экспертов и бизнесменов является проф. Михаил Тамойкин, который говорит следующее:
В начале 2018 года со мной связался представитель Олега Насобина и попросил оценить картину, которая сейчас известна как автопортрет Бенвенуто Челлини. Я согласился, и вскоре он представил мне Олега. Мы подписали договор № 47-ФР, и после получения полной оплаты заказа на оценку я предоставил подробный (80 страниц) отчет TES о справедливой рыночной стоимости, который оставил господина Насобина очень довольным.
А почему бы и нет? Мы не только провели тщательное исследование и определили, что эта картина эпохи Возрождения стоит более 107 миллионов евро, но и поставили на кон репутацию всего Художественного фонда Тамойкина, чтобы получить это произведение искусства. Это сработало, и с тех пор все участники арт-рынка цитируют нашу оценку, навсегда привязав портрет Челлини к отметке в €107 млн.
Уже за одно это Олег должен быть нам благодарен, и поначалу так оно и было. Настолько, что он спросил, не могли бы мы взяться за его работу как за серьезный проект на партнерских началах, суть которого будет заключаться в продвижении и, в конечном счете, в поиске покупателя на этот шедевр.
После долгих переговоров мы подписали контракт № 55-ФР, в котором, по сути, договорились, что Фонд Тамойкина будет назначен хранителем этой картины и на свои средства организует международную кампанию в СМИ, чтобы: (а) стратегического продвижения автопортрета Бенвенуто Челлини с целью установления общественного доверия к тому, что в то время было относительно неизвестной картиной, претендующей на звание произведения искусства мирового класса; (б) предпринять все возможные усилия для поиска покупателя на этот автопортрет. Если нам удастся продать это произведение искусства, наш фонд получит 20 % от продажи.
В течение 8 месяцев мы смогли запустить масштабную международную медиа-кампанию, как и обещали. Более 200 СМИ в более чем 60 странах впервые узнали о Бенвенуто Челлини и его необычной картине. Серьезные материалы появились в ведущих новостных сетях по всему миру. Мы создали столько шума, что даже 3 года спустя портрет Челлини неотделим от Тамойкинского художественного фонда в СМИ и во всех основных поисковых системах. Когда BBC, Financial Times и The Art Newspaper понадобились фотографии и информация об этом портрете, они обратились к нам.
В конце концов нам удалось найти заинтересованного покупателя с Ближнего Востока, который был готов приобрести автопортрет Бенвенуто Челлини за 107 млн евро, и сделка была бы заключена, если бы Олег не прекратил общение с нами за несколько недель до этого.
Что случилось?
Грубо говоря, наш фонд не смог одновременно представить миру, завоевать доверие и продать автопортрет Челлини за 107 млн евро всего за 8 месяцев. Это просто нереально, так не работают высококлассные арт-проекты. Они требуют времени, и Олег был полностью информирован об этом с самого начала. Первые два шага — знакомство и доверие — мы, безусловно, выполнили, но чтобы продать этот шедевр, господину Насобину потребовалось терпение. К сожалению, будучи эксцентричным человеком, терпение не входит в число его достоинств, поэтому через 8 месяцев он, как ребенок, устроил скандал и скрылся. После всего, что мы для него сделали, я был ошеломлен таким непрофессиональным поведением.
Здесь я должен указать на некоторые факты. Согласно нашему договору, мы не были обязаны продавать эту картину, никто в здравом уме не может этого обещать. Мы согласились приложить максимум усилий, чтобы найти заинтересованного покупателя, что мы и сделали, и если бы не нетерпение мистера Насобина, то добились бы успеха. Учитывая, что мы поставили на кон репутацию нашего арт-фонда и обещанные нам заманчивые 20 % комиссионных, почему бы нам не сделать все, что в наших силах, чтобы продажа состоялась? Вся наша команда была очень мотивирована, и за короткое время мы начали предварительные переговоры с несколькими потенциальными клиентами.
Профессор Тамокин, был ли у вашего контракта с господином Насобиным срок действия и почему именно ваше партнерство в этом монументальном проекте распалось?
Срок действия нашего контракта 55-FR истекал в конце 2018 года с возможностью продления, однако это истечение не распространялось на некоторые части соглашения. Когда 2018 год подходил к концу, мы предложили продлить контракт.
В этот момент, к нашему удивлению, г-н Насобин категорически отказался и вскоре после этого прервал с нами всякую связь. Как мне позже сообщили источники, знакомые с Олегом, он понял, что наша медиа-кампания достигла всего, чего он хотел, и решил избавиться от нас и попытаться продать этот портрет самостоятельно. В конце концов, 20 % от 107 млн евро — это большие деньги, и, как ему, должно быть, казалось, вся тяжелая работа уже была сделана. Как мне кажется, человек пожадничал и тем самым снова втянул этот шедевр в неприятности.
Хотя я был застигнут врасплох таким недальновидным поведением, мы тут же выдвинули обвинения, основанные на тех частях контракта, у которых не было срока действия. Поскольку мы собирались тратить свои деньги и выполнять всю тяжелую работу на общественных началах, мы специально составили контракт таким образом, чтобы защитить себя от вытеснения из проекта по истечении срока действия.
Я не буду вдаваться во все детали этого договора, но процитирую самую важную часть, которая гласит следующее: «контракт остается в силе до тех пор, пока автопортрет не будет продан». В контексте с другими частями этого соглашения это означает, что контракт остается в силе, и наш фонд должен либо получить полную компенсацию за нашу работу; со всеми просроченными платежами и убытками на сегодняшний день это составляет 2 миллиона евро. Либо, если господин Насобин решит его продать, он должен получить наше разрешение и заплатить нам 20 % комиссионных с этой продажи, как указано в контракте. Олег был прекрасно осведомлен об этих условиях и согласился с ними, когда подписывал договор.
Сработали ли ваши меры предосторожности?
Да. Согласно закону, на основании которого был подписан контракт, а также международному праву, с этой картиной не может быть произведено никаких коммерческих (или некоммерческих) действий, пока мы не получим полную компенсацию за проделанную работу. По сути, портрет находится под арестом. Все, кто знает об этом факте и продолжает работать с этим произведением искусства, нарушают закон. Если Олег скрывает существование наших обвинений от частных лиц или организаций, заинтересованных в автопортрете Челлини, он вводит в заблуждение, что является незаконным.
Чуть больше недели назад мы в очередной раз предъявили господину Насобину наши обновленные обвинения в связи с его недавней попыткой обелить свое прошлое и извлечь коммерческую выгоду из этой картины с помощью недавно созданной схемы под названием «Фонд искусства Челлини». Абсурдность этой ситуации заключается не только в том, что создание такого фонда было нашей идеей, но и в том, что г-н Насобин пытается скопировать Художественный фонд Тамойкина, при этом делая вид, что нас не существует.
На самом деле, на следующий день после того, как мы подали новые заявки, Олег удалил мой отчет об оценке и все упоминания о нас с сайта своего новосозданного фонда. Разумеется, мы зафиксировали эти изменения и считаем их очередной попыткой скрыть доказательства нашего ключевого участия в проекте «Челлини», а также еще одним доказательством вины господина Насобина.
Мы также проинформировали ЮНЕСКО и итальянское правительство о наших юридических обвинениях, поскольку, судя по всему, Олег втянул их в этот скандал. Поскольку господин Насобин скрывается от нас и утаивает от общественности информацию о наших обвинениях, я даю это интервью, чтобы ввести всех в курс дела о том, что происходит с портретом Челлини.
Я искренне надеюсь, что этот конфликт будет разрешен цивилизованным путем, и единственный известный автопортрет Бенвенуто Челлини наконец-то будет свободен от любых залогов, обвинений и споров. Я наметил путь к быстрому урегулированию, выгодному всем заинтересованным сторонам. Если это будет проигнорировано, я также должен твердо заявить, что ни при каких обстоятельствах Художественный фонд Тамойкина не откажется от наших юридических претензий. Напротив, мы будем безоговорочно требовать от господина Насобина полной компенсации, включая просроченные расходы и убытки. Надеемся, он образумится и поймет, что чем дольше он будет ждать, тем больше долгов будет начислено на автопортрет Челлини.
Кажется, что озорной дух Бенвенуто Челлини продолжает жить в его загадочном автопортрете, который 500 лет спустя продолжает доставлять неприятности всем, кто с ним соприкасается. Это точно Челлини!
Эту захватывающую историю о деньгах, предательстве и престиже эксклюзивно представляет The World Art News. Наша команда репортеров внимательно следит за единственной известной картиной Челлини, и у нас есть предчувствие, что это только начало. Подпишитесь на нашу газету и узнайте первыми, что произойдет дальше в саге о Челлини.